Двусмысленный рейтинг от Moody's

Двусмысленный рейтинг от Moody's


Международное рейтинговое агентство Moody’s повысило прогноз по суверенному рейтингу России с «негативного» на «стабильный». Сам рейтинг все тот же — Ba1. Ну и что?На первый взгляд все написанное — тарабарщина. Понятно одно: что-то сдвинулось в лучшую сторону. И то что-то отдаленно-прогнозное. Зато есть комментарий российского министра финансов Антона Силуанова: «Улучшение прогноза стало возможным благодаря активным действиям правительства, направленным на снижение зависимости российской экономики от нефтегазовых доходов и постепенное восполнение суверенных фондов».Министр по вполне понятным причинам готов дырявить мундир для новых если не орденов, то хотя бы медалей — еще бы: ведь улучшение — заслуга бюджетной политики.Теперь попробуем разобраться с мухами и котлетами. Силуанов, надо отдать ему должное, ничего не придумал — он фактически повторил наградную для себя оценку самого агентства. Но вот ведь незадача. Когда в апреле 2016 года агентство Moody’s присвоило России негативный прогноз, то произошло это из-за падения цен на нефть. Теперь прогноз из негативного стал стабильным на фоне совсем других цен все на ту же нефть. Спрашивается: ну и где же «снижение зависимости российской экономики от нефтегазовых доходов»? Если оно и произошло, то изменения измеряются разницей в самих ценах на нефть, зависимость от которых по-прежнему налицо.Но не это самое главное. Что это за рейтинг Ba1? По шкале Moody’s — это официально спекулятивный, или попросту мусорный рейтинг. Со стабильным теперь прогнозом. Так же оценивает российские суверенные рейтинги и агентство Standart&Poor’s. Из большой тройки только агентство Fitch расщедрилось, предоставив России пограничный, но все-таки инвестиционный рейтинг BBB-.Эти рейтинги — не досужие развлечения, а путеводитель для инвестора. И в ряде случаев — не просто путеводитель, а непреложное руководство к действию. Крупные институциональные портфельные инвесторы, пенсионные фонды например, часто расписывают в своих внутренних нормативных документах, что начиная с некой величины инвестиции в определенные бумаги возможны при наличии соответствующего рейтинга эмитентов бумаг со стороны как минимум двух из трех мировых агентств.Спекулятивный, или мусорный рейтинг означает повышенные риски — это очевидное и жесткое ограничение инвестиционной активности в России. Если угодно, мусорные рейтинги — те же санкции.Как тут не вспомнить о «политизированности» оценок рейтингистов; о том, что вся большая тройка — американские по происхождению фирмы; о том, что рейтингисты оскандалились на пороге мирового кризиса 2008 года!Претензии к мировым агентствам бесспорно есть. Были против них и судебные иски, были и выплаты ими внушительных досудебных компенсаций. Есть попытки, пока не очень успешные, разрушить их монополию на рынке.Можно также негодовать по поводу того, что соседями России на рейтинговой полке оказались Коста-Рика, Хорватия, Гватемала, Марокко и Парагвай.А можно взглянуть на российский портрет, нарисованный рейтингами, глазами западного инвестора, для которого и работают агентства. Что его ждет в стране, валюта которой, как это было с рублем в 2015 году, в течение нескольких месяцев девальвировалась почти вдвое и соответственно сократился ВВП в долларовом измерении, ведь инвестор вкладывает средства не в рублях и возврат своих вложений ждет тоже в валюте? Его рейтингисты и предупреждали, снизив рейтинги России.Рейтинг Moody’s остается на доинвестиционном уровне. А это означает, что с точки зрения западного инвестора положение в России сейчас хуже, чем было в 2003 году, когда Moody’s впервые присвоило России рейтинг на инвестиционном уровне Ваа3.С этим можно и, вероятно, нужно спорить, но пока эту оценку разделяют большинство институциональных инвесторов. Они слышат представителей рейтинговых агентств, выполняющих функцию впередсмотрящих, а те предупреждают: Россия получит инвестиционные рейтинги не скоро.Moody’s выдвигает такие аргументы: потенциал роста российской экономики крайне невелик — 1,5–2%. Необходимы решительные реформы, а их проведение и тем более успех — под большим вопросом. В Standard&Poors согласны: там отмечают «отсутствие динамизма и диверсификации» российской экономики.Получается, что доинвестиционные рейтинги дополняют санкции. С той существенной разницей, что доля политики в рейтингах неизмеримо меньше, чем в санкциях.Еще раз: есть за что клеймить рейтингистов, но придать экономике новое дыхание — это не для них и не для западных инвесторов: в первую очередь это нужно нам самим.Николай Вардуль, Главный редактор "Финансовой газеты"




Теги: на это что для России